Введение
«Недоросль» – центральное сочинение Д.И. Фонвизина, вершина русской драматургии XVIII века. Пьесы Фонвизина продолжают традиции классицизма. «На всю жизнь, – указывал Г.А. Гуковский, – его художественное мышление сохраняло явственный отпечаток этой школы» (6). Но в отличие от комедий А.П. Сумарокова и В.И. Лукина, пьесы Фонвизина – явление позднего, более зрелого русского классицизма, испытавшего сильное влияние просветительской идеологии.
От классицизма идет прежде всего принцип высшей оценки человека: служение государству, выполнение им своего гражданского долга. В «Недоросле» – характерное для русского классицизма противопоставление двух эпох: Петровской и той, к которой принадлежит автор. Первая выступает как образец гражданского поведения, вторая – как отклонение от нее. Так оценивали современность и Ломоносов и Сумароков. С классицизмом связана четкая, математически продуманная система образов. В каждой пьесе два лагеря – злонравные и добродетельные герои. Резко разграничено добро и зло, свет и тени. Положительные герои только добродетельны, отрицательные – только порочны. Однако в «Недоросле» система образов расширена. Здесь три группы персонажей, включающих в себя три мужских и один женский образ: положительные герои – Стародум, Правдин, Милон и Софья; злонравные – Простакова, Простаков, Скотинин и Митрофан; воспитатели Митрофана – Цыфиркин, Кутейкин, Вральман и Еремеевна, наделенные как положительными, так и отрицательными качествами (11). В его комедиях среди масок-карикатур и идеальных схем впервые на русской сцене возникают настоящие живые люди, и в этом – одна из величайших творческих и даже идейных побед Фонвизина.
В сравнении с классицизмом предшествующих десятилетий в комедиях Фонвизина объектом осмеяния становится не частная жизнь дворян, как это было у Сумарокова и Лукина, а их общественная, служебная деятельность и крепостническая практика.
Не довольствуясь одним изображением дворянского «злонравия», писатель стремится показать и его причины, чего опять-таки не наблюдалось в пьесах Сумарокова. В решении этого вопроса большую роль сыграло просветительство, объяснявшее пороки людей их «невежеством» и неправильным воспитанием.
При исследовании комедии «Недоросль» (от первых критических отзывов XIX в. до фундаментальных литературоведческих трудов XX в.) литературоведы обращались к проблеме разного эстетического достоинства этически полярных персонажей (8). Критерием же этого достоинства традиция считает не что иное, как жизнеподобие: яркий, достоверный, пластичный образ порока признается более художественно полноценным, чем бледная идеологизированная добродетель:
В.Г. Белинский: «В комедии его [Фонвизина] нет ничего идеального, а следовательно, и творческого: характеры дураков в ней – верные и ловкие списки с карикатур тогдашней действительности; характеры умных и добродетельных – риторические сентенции, образы без лиц» (2; 537).
Г.А. Гуковский: «Милон, Правдин, Стародум отвлеченно ораторствуют на отвлеченной сцене, Простаковы, учителя, слуги живут повседневной жизнью в реальной бытовой среде» (5; 189).
К.В. Пигарев: «<…> Фонвизин стремился к обобщению, типизации действительности. В отрицательных образах комедии ему это блестяще удалось. ............
