Озарение в Эпистемологие Бонавентуры

Александр Леонидович Кудлай

I

            Тилос этого сочинения состоит в поддержке аксиологии писательского труда великого человека, который впечатлил меня, живущего почти восемь веков спустя. Что же делает его столь важным для меня и может быть для нашей современной культуры? Эпистемология и метафизика продуманы там вместе и таким образом, что это определяет этику человеческой жизни, и все это  выдерживает критику разума. Возможно, наша современная аксиология (и особенно в области приобретения и оценки знания) могла бы выиграть от исследования теории Бонавентуры.

 Сегодня привычно слышать, что теория должна “проверяться и подтверждаться”, чтобы считаться знанием. Под этим обычно поразумевается: “соответствовать наблюдениям, которые могут быть повторены снова и снова”. Теории античных и средневековых мыслителей воспринимаются поверхностно и обвиняются в “догматизме”, т.е. в том, что они не проверены на опыте. Тем не менее, это не совсем аккуратно, потому что духовные и чудесные переживания, описываемые многими индивидуумами из разных стран в каждом столетии, а также группами монахов и монахинь, живущих в монастырях (этих лабораториях духовной жизни) в действительности подтверждают эти теории снова и снова. Наш Уильям Джеймс писал о предрассудках современных ему ученых и об их отказе даже принять на рассмотрение те “сложные случаи”, нелегко подвергающиееся объяснению современными научными теориями. Сегодня все еще существует огромная проблема в этой области, и нам следует просто иметь это ввиду. Джеймс, называвший себя радикальным эмпириком, советовал: если теория (и он имел ввиду “современная теория”) не в состоянии справляться с фактами, описанными честными людьми, тем хуже для этой теории, а не для фактов. Это звучит по крайней мере честно и непротиворечиво.

 Когда наблюдение искусственно ограничено только наблюдением физическими чувствами, наблюдатель рискует замкнуться в догматическом кругу, особенно когда он судит о неимперических утверждениях, или о человеческих наблюдениях, которые трансцендируют лишь чувственные.*

Люди, поступающие так, обычно называют себя материалистами и противостоят теориям духовных мыслителей. Легко видеть, что не все эмпирики материалисты, которые сами исключительно догматичны, но даже при этом их теории базируются на аксиомах, не всегда внятных остальному человечеству, и могут казаться догматическими в определенных отношениях тем, кто предпочитает мыслить иначе. Другой упрек теориям духовных мыслителей состоял в том, что “они все несогласны между собой”, поэтому истина (правда), существование которой они провозглашают, не может быть универсальной правдой.

___________________________________________

* Профессор Д. Робинсон (Джорджтаунского университета) говорил как-то: “Ученый, выбриающий корпускулярный подход для объяснения мира, обычно устанавливает параметры для обозревания корпускул, строит инструменты, способные реагировать на корпускулы, наблюдает то, что эти инструменты показывают ему, и затем говорит: “Я утверждал что мир состоит из корпускул, и вот смотрите: он корпускулярен”.

 Помоему, онтологические утверждения различных выдающихся мыслителей содержат больше общих положений чем различных, и последние, можно поспорить, взаимообращаемы. ............