Перевод I. Теория литературного перевода
    Литературный (или художественный) П. представляет собой проблему, далеко выходящую за пределы чистой литературно-лингвистической техники, поскольку каждый перевод есть в той или иной мере идеологическое освоение подлинника. Для процесса освоения существенен уже самый выбор произведений для П. Между отдельными классами разных стран наблюдается усиленное взаимопроникновение переводной литературы, причем дающим классом обычно оказывается тот, который достиг более высокой ступени развития. Так, в эпоху зрелого феодализма франц. рыцарская лит-pa усиленно переводилась на немецкий и др. яз. Нечто подобное наблюдалось и при далеко уже зашедшем классовом расслоении общества, когда один и тот же класс продолжал занимать в ряде стран господствующее положение; и здесь страна, где этот класс создал более высокую культуру, оказывалась дающей, как например Франция поры дворянского классицизма. Переводные произведения осваивались в таких случаях как идеологическое оружие, укрепляющее позиции данного класса в данной стране. Мощным орудием классовой борьбы являлись переводные произведения в периоды подготовки буржуазных революций, когда восходящая буржуазия одной страны, менее зрелая, чем буржуазия другой, более передовой, черпала в литературе этой последней материал для своего идеологического довооружения, для укрепления и расширения своей идеологической платформы. Примером могут служить массовые П. во Франции XVIII в. романистов, мыслителей и публицистов Англии, пережившей уже в середине XVII в. свою буржуазную революцию. В Италии эпохи Ренессанса, а позднее и в других странах П. античных авторов давали восходящей буржуазии оружие против феодально-католического мировоззрения. Произведения усвоивших античную культуру итальянских авторов в свою очередь переводились на яз. других стран, вслед за Италией вступивших на путь развития капиталистических отношений. Наоборот, в периоды реакции стремление затормозить ход исторического процесса или повернуть его вспять диктовало обращение за переводным материалом к литературе классов, социально-экономически и политически отсталых. Такова была в эпоху Империи тактика "внешних" и "внутренних" эмигрантов, когда г-жа де Сталь пропагандировала немецкую литературу, а Шатобриан - старую "христианскую" литературу. В переводческой деятельности мы можем зачастую вполне отчетливо различать классовую диференциацию, напр. в русской переводной литературе первой половины XIX в., когда либеральные слои дворянства, а затем разночинцы увлекались передовыми английскими и французскими писателями (Байрон, затем Диккенс, Ж. Санд), между тем как реакционные группировки преимущественно ориентировались на Германию (особенно на романтиков). Целые области переводной литературы возникали под влиянием новых экономических и политических задач, встающих в определенный момент перед господствующим классом. Так напр. появление в XIX в. П. произведений восточных писателей, до тех пор очень мало привлекавших внимание, находилось в прямой связи с колониальной экспансией основных капиталистических стран и постепенным перенесением борьбы между ними на ближневосточную, а затем и дальневосточную арену; в этом отношении П. из восточных поэтов Гердера уже открывают ту линию, которая в эпоху империализма привела к зап.-европейскому (также усиленно переводимому) колониальному роману. ............